Новости

Это по любви…

Именно так охарактеризовал свою деятельность, да вообще всё, что он делает по жизни, известный (после фильмов с участием «Квартета И») медийщик Михаил Козырев. Серый кардинал музыкальной и радиоиндустрии – ни больше ни меньше. Общение с ним подарил журналистам с разных концов страны «Росэнергоатом» в рамках организованного концерном фестиваля прессы «Энергичные люди».

Изображение
Изображение

Родом из СССР

На самом деле у провинциального обывателя это имя не на слуху. Однако если перечислить то, что сделал Натанович (так участники фестиваля прозвали его между собой), то станет ясно: его знает каждый. Скольких звёзд открыл он, сколько радиостанций сейчас работают по тому принципу, который привёз молодой в то время врач-гематолог Миша Козырев.

– Помните, на кухнях у всех было две розетки, одна из которых для радиоприёмника? Многие до сих пор верят, что по одной из частот нас прослушивали диверсанты, – начал рассказ Козырев. – А ещё у меня была радиола – эдакий гроб на ножках, вращая янтарную ручку которой, можно было переключать частоты. На ней были написаны разные города мира, и тогда я искренне верил, что остановившись на одном из них, можно было услышать местные новости и музыку. А сверху красовался проигрыватель.

Во времена СССР услышать что-то зарубежное было проблематично. А хотелось! Тем более что семья у Михаила более чем интеллигентная: отец – Натан Козырев – играл классику на скрипке в оркестре, а мама – Лия Козырева – была кинорежиссёром на Свердловской киностудии. Открытием для меня стал и тот факт, что Михаил Козырев – племянник небезызвестного актёра Валентина Гафта. В общем, радио манило маленького Козырева с детства. Только разнообразия было мало.

– Как-то отец привёз мне из Европы музыкальную открытку, на которой была одна-единственная дорожка с песней не столь известной тогда в России группы The Beatles. Я выучил каждый её шорох, но слушал вновь и вновь, буквально до дыр, – вспоминает Козырев.

Постепенно скапливались в его коллекции песни групп Queen, The Rolling Stones, Pink Floyd и т.п. Но по мере возраста возникала и проблема, куда дальше. С радостью Козырев поступил в медицинский институт, и после 2-го курса, когда отменили военную кафедру, студента призвали в армию. Проходил срочную службу в Курганской области. Время, проведённое в армии, Козырев считает самым бессмысленно проведённым за всю жизнь.

– Скольких талантливых ребят поломала армия! А тогда ещё стряслась беда на Чернобыле. Один мой товарищ ликвидировал последствия. Он жив и сейчас, у него прекрасный бизнес, правда, детей иметь не может. Меня это, к счастью, минуло. Я думаю, каждый должен всё-таки заниматься своим делом. А насчёт той катастрофы – до сих пор не могу простить того, что эту новость я узнал не по нашему радио, а лишь настроив заграничные частоты, – вспоминает Михаил.

За бугром

Вернулся он домой, окончил институт и отправился на практику в Штаты. Но там оказалась совершенно другая система образования – специалисты разбирали то, что наши студенты изучали в начале обучения. Так что с врачеванием не сложилось. Зато сложилось с радио.

– Что там хорошо – у любого колледжа есть своя частота. Поэтому ты можешь там творить практически что хочешь. Свою первую радиопрограмму я назвал «Музыка большевистских детей и бабушек». Это был Лос-Анджелес 1992 года, на студенческой радиостанции. Дал возможность послушать американцам то, что слушают в России. Местный стиль ведения программы разительно отличался от отечественных – здесь ведущий не говорил строго и официально, он говорил со слушателем так, будто они давние друзья. Когда волею судьбы я вернулся в Россию, этот стиль я принёс с собой.

Без лишних слов

На тот момент абсолютное большинство слушателей сидело на Europa Plus. Популярных групп-однодневок было пруд пруди: зарубежные звёзды, спев одну песню и повисев с нею на вершине чартов несколько недель, уходили в забвение. Россия, как высказался Натанович, «плотно сидела на попсе». Если что-то популярное уже было, что оставалось делать? Что-то модное!

– Мы разработали свой стиль общения со слушателем и создали радио «Максимум». На тот момент в общении ди-джеев «Европы+» были ненужные мостики между совершенно не связанными между собой песнями. Наша концепция была таковой: нам не нужно лишних слов. Заиграла музыка – и все всё поняли, – пояснил Козырев.

И именно тогда, по словам медийщика, начался настоящий звездопад. В пошлом заведении с шестом и красным бархатом с золотой обивкой продюсер нашёл двух талантливых музыкантов – это «Сплин». Откровенно поющая о СПИДе девушка мгновенно стала звездой, до высот которой далеко всем, – Земфира. «Мурлыкающий» парень из Владивостока в одночасье стал потрясающим «Мумий Троллем». Нет, все они существовали и сами по себе, но настоящая популярность пришла с помощью Михаила.

В яблочко!

– Помню, как с Алексеем Балабановым искали саундтреки к фильму «Брат-2». Я принёс целый чемодан лент. Мы быстро подобрали тему к герою Сухорукова: «Вечно молодой» «Смысловых галлюцинаций» и т.д. И тут одна проблема: если обратите внимание, в гвоздевой сцене, где Данила Багров уходит из концертного зала, чтобы расстрелять ненавистных бандитов, на постерах изображена группа «ДДТ». Лидер группы Шевчук отказался от съёмок. Прочитав сценарий, он посчитал, что фильм вызовет межнациональную неприязнь, и участвовать в этом отказался. Мы понимали, что фильм провокационный, но работать надо. Тогда я дал Балабанову послушать кассету на тот момент никому не известной группы

«Би-2». Первая их песня, пущенная в радиоэфир, вызвала ноль реакции. Вторая – «Варвара» – воспринялась лучше. Ну, а песня «Полковнику никто не пишет» – выстрелила в самое яблочко, став культовой, вместе с самим фильмом «Брат-2», – отмечает Козырев.

Вопросы к самому себе

Но были у талантливого медийщика и проколы. В некоторых ребятах он таланта не замечал, а потом, слушая чужие радиочастоты, приходил в ужас от того, насколько бомбовых ребят он упустил.

– Помню, пели тихо и непонятно «Город – сказка, город – мечта»… Откровенная фигня, подумал я тогда. Да… «Танцы Минус» – это был мой конкретный просос, – смеётся Козырев.

Фестиваль «Максидром» – тоже детище Козырева. После размолвок он ушёл с «Максимума», став концепционистом и продюсером «Нашего радио» и альтернативы «Максидрому» – фестиваля под открытым небом «Нашествие». Его идеи лежат в основе радио и телеканала «Дождь».

В лицо Козырева люди практически не знали до тех пор, пока он не сыграл, фактически, самого себя в фильмах «День радио» и двух частях «Дня выборов».

– С «Квартетом И» мне нравится работать. Сейчас они на собственные средства снимают фильм «О чём говорят мужчины-3». Я видел сценарий и могу сказать, что это будет очень интересно и весело.

Что касается музыки… На мой вопрос о том, ждать ли такого звездопада в виде вторых «Агаты Кристи», «Би-2», «Сплина» и Земфиры, он ответил, что в ближайшее время это вряд ли произойдёт.

– Таланты есть, но выйдет хорошо, если по одному от каждого жанра. Сейчас таланты скорее закинут гитары в угол и займутся чем-то другим, потому что близкие, втыкая в «Голубые огоньки», вряд ли дадут стимул к развитию. Но в будущем, надеюсь, всё будет интереснее, – ответил Козырев.

Ещё он признался, что потерю каждого своего детища, которое по тем или иным причинам пришлось оставить, он переживает очень болезненно. Но если уж пришлось уйти, то только потому, что есть привычка быть верным себе.

– Самые главные критерии моей работы, мерило того, правильно ли я поступаю (многие называют это совестью), – это вопрос самому себе: «Будет ли за этот мой поступок стыдно моим родителям?»… Если ответ «Да», то от совершения такого действия я отказываюсь. Когда родителей не стало, вопрос несколько изменился, но суть осталась той же: «Будет ли за этот мой поступок стыдно моим детям?». Кстати, недавно моим девочкам исполнилось по 6 лет. Ну, и ещё один мой жизненный принцип. Очень точно его сформулировала Диана Арбенина из «Ночных снайперов»: «Я пою, потому что не петь – не могу»…

Анна Кистрица

Back to top button